С каждым годом все меньше живых свидетелей войны 1941 – 1945 гг. Уже почти не осталось тех, кто прошел ее с первого до последнего дня. Но и тех, кого призвали на фронт после освобождения Беларуси, тоже немного. Так, на учете в ветеранской организации ОАО «Белшина» всего 38 участников войны и 11 партизан. А когда-то их количество исчислялось сотнями. И потому каждое воспоминание этих людей представляет ценность. Придет время, когда их трогательные рассказы о войне станут изучать историки. Узнав об одном из таких фронтовиков, состоящем на учете в ветеранской «первичке» «Белшины», поспешил к нему на встречу.

Геннадий Иванович ДАНЦЕВИЧ разменял десятый десяток, но живой прищур глаз, готовность поддержать разговор, бодрый настрой – все выказывает в нем неисправимого оптимиста. Ветеран сидит напортив меня, и не спеша, перемежая слова шутками-прибаутками, рассказывает о своей непростой судьбе.

…Когда началась вой­на и оккупанты пришли в его родное село, он был подростком. Вскоре немцы собрали молодежь (попал и Геннадий), и отправили в Бобруйск, как оказалось, в концлагерь в крепости. А потом из лагеря таких, как Геннадий, юношей погнали дальше, в другой концлагерь, в д. Столпище Кировского района. Летом 44-го Геннадию удалось сбежать. А через пару дней после того, как он вернулся в родительский дом, в деревню вошли части Красной армии. Мужчин призывного возраста направили в полевой военкомат. Перед строем спрашивали у старших по возрасту, где и кем они служили. Отец Геннадия ответил, что был артиллеристом на финской войне. Такие спецы нужны были на фронте. Отец замолвил слово и за сына, чтобы, их направили в одну часть. Но послужить вместе отцу и сыну было не суждено. Как-то солдат построили, и командир попросил выйти тех, кто имеет среднее образование. У Геннадия было 8 классов, но отец подтолкнул и прошептал: «Иди, может, учиться направят».

На деле он попал сначала в запасной полк, где осваивал оружие, ползал, бросал гранаты, а затем, в пехотную часть. Геннадию довелось участвовать всего в нескольких боях под Брестом. Там он был дважды ранен. Один раз легко в ногу, а второй раз серьезно – разворотило плечо. В госпитале отлежал 8 месяцев, после чего ему «дали» 2-ю группу инвалидности и отправили домой.

Когда становился на учет, в военкомате спросили: «А пистолет можешь держать?». «Конечно, могу», – ответил он, и его определили во внутренние войска. Сначала охранял пленных фашистов в Бобруйске, а затем в Киеве, на заводе «Большевик».

В 1947-м он пришел домой. Навсегда. Живым с фронта вернулся отец. В родном колхозе знали, что Геннадий Иванович мастер по строительству. Этой работой он и занимался до самой пенсии. Когда заболела жена, решили, что нужно перебираться в город. Спокойнее жизнь, да и к врачам поближе. Купили полдома в Бобруйске и переехали.

Прошло время, выросли дети. Все три сына теперь пенсионеры. Уже нет жены. Геннадий Иванович живет один. Но по-прежнему он бодр. В будние дни к нему приходят работники социальных служб, заходит сын, помогает по хозяйству двоюродная сестра. В общем, всем он доволен. И считает, что ему в жизни повезло, потому что из страшной войны вышел живым, хоть и с инвалидностью, что с женой душа в душу прожил более 60 лет, что и теперь в свои 90 с лишним он на своих ногах, что ему помогают родные и близкие, а также социальные работники. А еще повезло в том, что он в ветеранской организации «Белшины». Он искренне признателен предприятию, совету ветеранов во главе с В.И.Клешковым за моральную и материальную помощь. Здоровья вам, Геннадий Иванович, и оптимизма еще на долгие годы.

Александр МАЗУРЕНКО.

Фото автора.