Кто на «Белшине» не знает цех комплексных ремонтов? Если где-то серьезная поломка, если предстоит замена оборудования, работники этого подразделения моментально включаются в работу. Не каждый шинник знает, что когда-то у нас было аж три таких цеха. Один занимался ремонтом сборочного оборудования, второй – вулканизационного, а третий – оборудования каландровых и подготовительных цехов. В 2003 году три цеха объединили в один. Теперь он проводит средний и капитальный ремонты, а текущие – выполняет заводской персонал. Монтажом нового оборудования занимается специальное подразделение, хотя нередко подключают и «комплексников». Реконструкцию на заводе массовых шин тоже начинали работники ЦКР.
Коллектив цеха – небольшой: 191 рабочий и 25 инженерно-технических работников. Он постоянно выполняет и перевыполняет доведенные задания и проводит в месяц ремонтных работ на 4 миллиарда рублей. Нет здесь и текучести кадров.
– Хотя, – говорит начальник цеха Игорь Викторович Козлов, – полного «комплекта» никогда не бывает, кто-то уходит на пенсию, кто-то увольняется. Но при этом больших проблем со специалистами нет. Было такое, что несколько человек поехали искать лучшую долю в Россию, однако вернулись ни с чем и снова пришли к нам.
Несмотря на то, что значительная часть рабочих трудится в разных цехах, проблем с дисциплиной нет. Оно и понятно: не выполнишь свою работу – не будет заработка. А если кто-то ленится, то рано или поздно он уйдет.
Но, очевидно, главный стимулирующий фактор – уровень зарплаты. В среднем на каждого работающего получается 6 млн. 700 тыс. рублей в месяц. Сейчас высокими зарплатами рабочий люд не удивишь. Почти все предприятия «зазывают» спецов и предлагают немалые «бонусы». Однако в цехе комплексных ремонтов зря деньги не платят. Большинство работает во вредных условиях. Работа других специфична: «база» есть, а трудиться приходится за ее пределами – проводить на разных заводах плановые ремонты, ликвидировать аварии, нередко ночью, и при этом от нежелательной работы не отмахнешься. Зачастую ремонт сложный и безотлагательный. Если, например, вышла из строя шприц-машина, значит, остановится вся линия и без работы (и зарплаты) могут остаться сотни человек, может срываться и отгрузка продукции.
Но, кроме заработка, здесь есть и другие важные стимулы. Например, если токарям на других предприятиях приходится месяцами точить одну и ту же деталь, то здесь каждый день что-то новое. С одной стороны, это сложнее, но с другой, – разнообразнее, интереснее, есть возможность совершенствовать свое мастерство.
В цехе есть несколько участков по ремонту редукторов, вулканизационного, валкового оборудования, резиносмесителей, вентиляции. Каждый рабочий – мастер своего дела, в совершенстве овладевший методикой ремонта определенных узлов.
Конечно, не все просто в цехе. Есть проблемы с ремонтом немецкого оборудования. Его производят на месте, потому что обменного фонда запчастей, если так можно выразиться, нет, они уникальны, их или изготавливают своими силами или ждут, пока поступят новые. А потому, если капитальный ремонт отечественного оборудования идет около месяца, то ремонт немецкого – может затянуться на более длительный срок. Со временем, надеется начальник цеха, коллективу удастся решить и эту задачу.
Александр МАЗУРЕНКО.
На снимке: Бригадир слесарей-ремонтников Константин Емельянов занимается ремонтом вала трансмиссии вальцев.
Фото Игоря ДРАПЕЗЫ.
